Репрессии всюду осуществлялись практически одновременно, по одному сценарию, отличаясь только большим или меньшим количеством человеческих жертв. Вообще, массовые политические репрессии (не только в отношении партаппарата) не свалились на страну неожиданно, как стихийное бедствие, а тщательно и умело готовились в кабинетах Кремля лично Сталиным и его приближенными из членов Политбюро.

Не будем касаться истории внутрипартийных катаклизмов, которые лихорадили большевистскую партию до 1937 года: борьба с оппозицией, беспрерывные партийные чистки, политические судебные процессы.

Новый 1937 год ознаменовался очередным политическим процессом 23—30 января над так называемым «Параллельным антисоветским троцкистским центром», на котором были осуждены крупные руководители промышленности и партийные деятели Ю. Пятаков, К. Радек, Г. Сокольников, Л. Серебряков и др. в числе 17 человек.

Но этот процесс как бы входил в привычное русло политической жизни страны, к которому народ относился уже как к неизбежной повседневности. Более зловещим и действительно судьбоносным явился прошедший февральско-мартовский Пленум ЦК ВКП(б) (23 февраля — 5 марта 1937 г.).

На Пленуме Молотов выступил с докладом «Уроки вредительства, диверсий и шпионажа японо-немецко-троцкистских агентов» и Сталин - с политическим отчетом «О недостатках партийной работы и методах ликвидации троцкистских и иных двурушников».